Эскалация насилия у шимпанзе: как соседи становятся врагами

Исследование детально реконструирует, как группа шимпанзе разделилась на два враждующих лагеря, предоставив ценные уроки для понимания человеческих конфликтов.

Поляризация, взаимное избегание, а затем и смертельное насилие: впервые ученые на протяжении десятилетий документировали, как сообщество шимпанзе раскололось на два лагеря, вступивших в конфликт. Подробная реконструкция этой эскалации, опубликованная в научном журнале 'Science', также проливает свет на происхождение войн у людей и способы их предотвращения.

С 1995 года исследователи наблюдали в национальном парке Кибале в Уганде самую большую группу диких обыкновенных шимпанзе (Pan troglodytes) численностью около 200 особей, включая взрослых и детенышей. Для сравнения: все остальные известные группы насчитывают менее 100 особей, иногда значительно меньше. Роман Виттиг из исследовательской организации CNRS в Лионе, не участвовавший в исследовании, называет причину беспрецедентного размера группы: "Шимпанзе из Нгого почти полностью уничтожили соседнюю группу с 1999 по 2010 год и интегрировали многих оставшихся самок".

К 2015 году команда под руководством Аарона Сандела из Техасского университета в Остине фиксировала меняющиеся альянсы, дружеские отношения и иерархии внутри группы, как и в других группах шимпанзе. Первые признаки разлада команда заметила 24 июня 2015 года: в центре территории столкнулись два лагеря – один из западной, другой из центральной части. Западные шимпанзе обратились в бегство, преследуемые другими. "За этим последовал шестинедельный период избегания", – пишет команда. "Такой продолжительный период избегания ранее не наблюдался".

Все нападения исходили от меньшей группы

За этим последовала растущая поляризация: начиная с 2016 года самцы западной группы начали совершать патрули, а с 2017 года другое сообщество, в свою очередь, ответило патрулированием, после чего последовали первые схватки. В итоге обе группы стали использовать отдельные территории. "Центр общего территориального пространства превратился в границу", – пишут авторы. Шимпанзе размножались только внутри своего лагеря.

К 2018 году раскол был завершен: западная группа состояла из 10 самцов и 22 самок старше 12 лет, центральная группа – из 30 самцов и 39 самок. После этого насилие обострилось – любопытно, что все наблюдаемые нападения исходили от меньшей группы.

В семи случаях атакованный самец был убит, в 2021 году последовал новый виток эскалации: целями стали также молодые шимпанзе. К 2024 году западные шимпанзе убили 17 детенышей. Кроме того, 14 других шимпанзе из центральной группы бесследно исчезли.

Развитие событий напоминает сообщение приматолога Джейн Гудолл из 1970-х годов из Танзании: там после раскола группы шимпанзе за четыре года убили одну самку и всех четырех самцов конкурирующей группы. Однако этот случай считался аномалией, в том числе потому, что обезьян частично кормили.

Растущая анонимность в большой группе

Согласно Санделу и его коллегам, генетические исследования показывают, что постоянные расколы групп шимпанзе крайне редки. В комментарии для 'Science' Джеймс Брукс из Немецкого центра приматов в Гёттингене сообщает о расколе сообщества бонобо (Pan paniscus) почти 50 лет назад в Демократической Республике Конго – однако без разрастающегося насилия: обе группы бонобо сосуществуют до сих пор.

Сандел и его коллеги выделяют факторы, которые могли способствовать насилию, – в том числе огромный размер группы. "При численности почти в 200 особей, включая более 30 взрослых самцов, группа шимпанзе Нгого превосходила по размеру другие группы и, возможно, превысила возможности поддержания отношений".

В это верит и Виттиг. "При растущей анонимности между членами требуются другие структуры, которых у шимпанзе нет", – говорит директор проекта Taï Chimpanzee Project на побережье Слоновой Кости.

Наблюдение противоречит теориям о причинах войн

Команда Сандела также подчеркивает важность личных связей между лагерями: незадолго до раскола, в 2014 году, умерли шесть взрослых шимпанзе. Возможно, смерти ослабили социальные связи между подгруппами. А в начале 2017 года 25 шимпанзе – из них 14 взрослых – погибли во время эпидемии. Один из самцов в западной группе был одним из последних, кто поддерживал контакты с другой группой. Его смерть могла ускорить эскалацию, говорится в сообщении.

"В случае раскола Нгого особи, которые жили, ели, ухаживали друг за другом и патрулировали вместе, стали целью смертельных нападений из-за своей новой групповой принадлежности", – пишут авторы. "Это подчеркивает, что шимпанзе имеют чувство групповой идентичности, которое выходит за рамки знакомства или его отсутствия".

Наблюдение противоречит общепринятым теориям о причинах войн у людей, которые, как утверждается, зависят от культурных факторов, таких как язык, религия, этническая или политическая принадлежность. Сосредотачиваясь на таких культурных факторах, упускаются из виду фундаментальные социальные процессы, формирующие человеческое поведение – и которые присутствуют у ближайших родственников человека.

"Отношения между группами очень, очень важны"

Можно ли перенести эти выводы на людей? Эксперт Виттиг подчеркивает, что шимпанзе и бонобо – не только ближайшие ныне живущие родственники человека. Они даже ближе к человеку, чем к гориллам. Поэтому выводы об их поведении имеют основополагающее значение "для понимания того, откуда мы пришли". Человек может извлечь из этого уроки, подчеркивает также первый автор Сандел: "Возможно, возможности для мира находятся в небольших, повседневных актах примирения и встреч между отдельными людьми".

Это, по-видимому, особенно актуально для больших обществ. "Отношения между группами очень, очень важны", – отвечает Виттиг, приводя в пример связь между федеральным канцлером Конрадом Аденауэром и президентом Франции Шарлем де Голлем после Второй мировой войны. "Мы можем научиться тому, что личные отношения могут приносить важный обмен – между группами, нациями, блоками".