Захар Прилепин рассказал о возможном будущем патриотического театра и своих домашних музеях.
Захару Прилепину исполняется 50 лет – значимая дата. Мы побеседовали с писателем в Самаре во время его поездки с «Культурным десантом 45/25». Недавно стало известно о предложении министра культуры Ольги Любимовой назначить Захара Прилепина руководителем патриотического театра, создание которого инициировал Владимир Путин. В преддверии юбилея мы решили расспросить его о видении такого театра, а также узнать о его личных музеях, планах на рок-оперу по историческому сюжету, главных радостях и сожалениях. И, конечно, о том, как изменилась жизнь после событий 6 мая 2023 года.
О патриотическом театре: каким он видится?
Я оказался в двойственной ситуации, рассказывая о репертуаре и авторах, когда еще нет назначения. Для моих оппонентов это стало бы поводом для насмешек: «Размечтался!». Это как «делить шкуру неубитого медведя». Патриотический театр, если его возглавят определенные люди, по сути, продолжит работу, похожую на ту, что велась во МХАТе имени Горького при Эдуарде Боякове и нашей команде. Там, как вы помните, были небольшие спектакли о советских композиторах – Богословском, Френкеле, Блантере, Новикове. На Большой сцене шла постановка «Красный Моцарт» о Дунаевском. Постоянно проводились вечера наших поэтов: Юрия Кублановского, Марии Ватутиной, Анны Долгаревой, Анны Ревякиной. Уже тогда ставили «Лавр», «Лес» по Островскому, первую версию «Женщин Есенина». Кроме того, была обширная донбасская программа с лекциями и встречами. Так выглядел МХАТ Горького в тот период.
Сейчас, с учетом новых задач и сотрудничества с Союзом писателей, появятся постановки по адаптированной прозе современных авторов, прежде всего связанных с войной: Дмитрий Филиппов, Валерия Троицкая. Возможно, будут инсценировки по антологии прозы участников СВО, которую я собирал. На основе этого мы будем создавать что-то новое. В любом случае, планируется открытие мастерских для молодых людей, возвращающихся из зоны СВО, которые хотели бы попробовать себя в драматургии, актерской игре, режиссуре. Такой театр мог бы быть, если бы это осуществилось. Но обсуждать детали сейчас бессмысленно и излишне. Вы меня соблазняете на пустые разговоры, и я поддался…
Продолжение исторической темы в творчестве
Могу продолжить эту тему еще двумя романами. Там будут события, связанные с бунтом Разина, расколом… Много всего интересного. Гипотетически, я могу вернуться к этим темам, поскольку уже начал их. В жанре художественного романа. Что касается документальной прозы, у меня есть два-три продолжения книги об офицерах и ополченцах русской литературы, где я рассказывал о воевавших поэтах, начиная с Державина и Катенина, до Пушкина и Бестужева-Марлинского. Следующая часть охватит Лермонтова, Бенедиктова, Полежаева и до Гаршина с Гумилёвым. Потом еще Гражданская война, Великая Отечественная… У нас столько блестящих биографий! Но спросите людей – они вспомнят Лермонтова и Симонова из воевавших поэтов, и на этом, пожалуй, все. А ведь у нас были такие офицеры, чьи ярчайшие истории заслуживают экранизации! А исторический роман, честно говоря, я написал только потому, что меня взорвали. Если бы не это, я бы занимался совершенно другими делами и провел бы последние два года совсем иначе. Но… Появилась возможность не спешить, не бегать, не гастролировать…
Два дня рождения?
Конечно. Люди из разных уголков страны поздравляют – это стало своего рода традицией. Когда это произошло? 6 или 8 мая? Я забыл – и это хорошо… В общем, в этот день я получаю огромное количество поздравлений.
Ощущение жизни «до» и «после»
Нет. То есть, конечно, жизнь изменилась, но в ней вообще много событий, которые делят ее на «до» и «после». Погиб Злой – разделилась. Погиб Захарченко – разделилась. Моторола – то же самое. Умер отец… И так далее. Рождаются дети – это тоже «до» и «после». В жизни много таких моментов. И если цепляться за каждое, жизнь превратится в сплошную нарезку. Все идет своим чередом. И все, что предстоит, нужно преодолевать.
Планы на празднование юбилея
Нет, я стараюсь вообще никак не праздновать. Свои обычные дни рождения я никогда не отмечаю. Во-первых, потому что у меня, по сути, все есть. Я смог заработать на воплощение всех своих желаний. Утомлять людей поисками подарка, придумывать, чего у Захара еще нет, что ему купить – это ни к чему. Я и в детстве особо не праздновал, за все 50 лет было один или два праздника… А потом понял, что в этом нет необходимости. Поэтому собираю друзей, но всегда через месяц-два после даты, чтобы у них не возникало ощущения, что это именно мой день рождения.
Как проходит сам день рождения?
Утром встаю, иду гулять с собаками. Если дети дома, то со взрослыми детьми, может, по бутылочке пива выпьем. Этим все и ограничивается. Для меня само по себе продолжение жизни – уже праздник.
Итоги и сожаления
Конечно, есть вещи, о которых болит сердце, но я никак не могу их исправить. Сожалеть? Могу покаяться, исповедоваться, но даже время не лечит, понимаете? Поэтому ты просто несешь это как зарубки на сердце, и все. Тебе дана жизнь – живи. Нужно доделать дела, дописать тексты, что-нибудь сделать с ситуацией на Украине, приложить, по крайней мере, усилия, потому что одному не справиться. Начал строить церковь у себя в деревне, небольшую, не для себя, а для деревни, которая теперь станет селом. Вот церковь нужно достроить…
Главные радости в жизни
Дети растут – это радость. Хорошо, когда рождаются дети, они продолжают род. Закончил книгу – это всегда ощущение освобождения. О книге, посвященной истории России XVII века, я мечтал с 14 лет. Не писал ее с 14 лет, как порой пишут в Интернете, а именно мечтал, чтобы такая книга существовала. Потом дорос до 48 лет и понял: хочешь, чтобы была – напиши сам. Вот и написал. Ведь я мог и не дожить до этого… А дожил, и она получилась. Без излишнего пафоса и тщеславия скажу, что кое-что вышло. Может, не совсем так, как представлял, но тем не менее. Потому что в моем возрасте… На пепелище, на котором я нахожусь, если что-то и делать, то только исключительные вещи, которых до меня не существовало. От вешки к вешке движусь в сторону солнца.
Список дел и будущие проекты
Большого списка нет… Параллельно с работой над исторической темой мы нашли и записали с друзьями-музыкантами диск казачьих народных песен, посвященных Степану Разину и тем событиям. Вероятно, будем делать спектакль, мюзикл или рок-оперу – как хотите назовите. Эта история очень увлекает. На самом деле, глядя на Запад, на то, какое оглушительное воздействие имеют создаваемые миры вроде «Гарри Поттера»… Я недавно посмотрел списки самых продаваемых книг в истории человечества. Первое место – Библия, второе – Коран, а где-то на четвертом – «Гарри Поттер», на шестом – «Властелин колец» – это же колоссальное влияние! Я не ставлю целью с этим конкурировать, это и невозможно, и бессмысленно. Но мне хотелось бы создать мир, которого у нас нет, мир XVII века – показать, как все происходило, чтобы люди могли увидеть, познать, услышать эти песни, могли через текст, фильм или что-то еще находить в этом поддержку для своего внутреннего мира. Может, какой-то фестиваль придумать…
Подарки себе и уникальные коллекции
Я уже делаю себе подарки постоянно. У меня дома, возможно, самый большой в мире частный музей разинского восстания, музей, так или иначе связанный с казачеством. Ни у кого такого нет. Я приобрел основную часть картин, которые продавались, подлинники Сурикова, собрал десятки самых разных артефактов. У меня есть собственный есенинский музей, потому что во время написания его биографии ко мне приходили предметы. Возможно, моя коллекция уступает самой богатой в музее Есенина в Константинове, но у меня своя, уникальная, и такой нет нигде. У меня неплохой музей социалистической живописи, которую я собираю. В том числе и собственный музей Ленина. Лениниана меня интересовала, я ее собирал долгое время. Так что гипотетически могу открыть сразу несколько музеев. Естественно, музей современной литературы, советской военной литературы… Я не то чтобы накопитель. Долгое время это было не про меня, да и дорого. Но когда ты чем-то занимаешься, вещи сами приходят: подарят, принесут, могут даже украсть и передать тебе, что-то сам купишь…
Конечно, есть отдельный музей Донбасса, потому что я в этой истории почти с самого начала. Я знал Моторолу, Гиви, Захарченко, Абхаза, Пригожина – знал всех. У меня есть, разумеется, множество вещей, которых нет ни у кого в мире, или есть, но у очень немногих. Поэтому что мне можно подарить? Что я могу подарить себе? Да ничего. Мне нужно, чтобы вещами, которые я собрал, пользовались другие, чтобы их видели, чтобы эта история продолжалась. Да, театр – это хорошо. Там я могу делать выставки и про Донбасс, и про казачество, и про Есенина… И у меня действительно есть вещи, которых нет ни у кого. У меня есть культурные, литературные, театральные компетенции, но у меня есть и артефакты, которые будет где показать.
О представленных художниках
Из авторов – глаза разбегаются, чтобы что-то выделить. У меня есть замечательный художник, русский классик Степанов, Кириллов-старший, знаменитый советский художник, друг Есенина Городецкий, который тоже был художником. У меня порядка 200 картин, и нет ни одной проходной работы, все авторы музейного уровня.
Выставочная судьба коллекций
Пока нет, это домашняя коллекция. Никто не просит их на выставки, потому что никто об этом не знает. У меня довольно серьезная частная коллекция. На какое-то время советское искусство было недооценено, все покупали абстракции и «другой» арт, а сейчас интерес возвращается, и вдруг обнаружилось огромное количество художников, писавших на невероятно высоком уровне. Там изображены люди труда, героика, лица, русский народ. И понемногу интерес к этому на аукционах растет. У меня это есть, и никому не отдам.
