Лоренц Вагнер пронзительно изображает жизнь особенной женщины. Реальная история о прозопагнозии, изоляции и желании быть по-настоящему увиденной.
В детстве Карлотта боготворила свою мать. Казалось, она знает всё: как вырастить самые красивые цветы на маленьком берлинском заднем дворе, какие травы помогают при болезнях и как ухаживать за самыми разными животными – от морских свинок и волнистых попугайчиков до рыб и пуделей.
Но это не всё, что делало её, по мнению дочери, самой умной женщиной в мире. У матери Карлотты был особый дар: она умела узнавать и различать людей. Будь то соседка, подруга или молочник – мать приветствовала их всех по имени на улице. Карлотта была уверена, что однажды и она научится узнавать лица. А пока ей приходилось выкручиваться.
Для этого она разработала собственную систему. Она запоминала цвет волос, прическу, походку или собаку человека. Ведь животных она узнавала безупречно. Как Карлотта справлялась с жизнью таким образом, рассказал автор Лоренц Вагнер в своей книге «Мир Карлотты: Удивительная жизнь женщины, которая не узнает лиц».
Жизнь, полная препятствий
В детстве Карлотта не ходила в детский сад. Поэтому она с нетерпением ждала начала школьной жизни, не подозревая, что она станет её самым большим испытанием. Дважды в день дети должны были строиться во дворе по классам. Девочка с надеждой вставала в группу, но каждый раз оказывалась не там. Учителя злились. Неужели так сложно встать в свой класс? Но Карлотта не узнавала ни учителей, ни одноклассников, даже стоя прямо перед ней. На уроках рисования она создавала красивые картины, но лицам всегда не хватало деталей. Не было глаз, носа, чаще всего – только рот.
В школе Карлотту всё чаще называли глупой, ленивой и отсталой. Девочка замкнулась в себе, находя утешение в общении с животными и природе.
Она ещё не подозревала, что впереди её ждёт множество препятствий. Вопреки своим детским надеждам, Карлотта так и не научится узнавать лица. Лишь гораздо позже в жизни она узнает, что страдает прозопагнозией. Это нарушение восприятия затрагивает от 1 до 2,5 процентов населения и называется также слепотой на лица.
Люди с этим состоянием испытывают трудности с распознаванием, идентификацией и запоминанием лиц. Их мозг неправильно обрабатывает черты лица. Поэтому они не узнают даже членов семьи, видя только их лица.
Слепые на лица смотрят на людей иначе
То, что общество воспринимает как недостаток, для Карлотты, несмотря ни на что, стало даром. Это позволило ей видеть человека за лицом. Кривой нос, косоглазие или несоответствие общепринятым стандартам красоты для неё были неважны. Поэтому она общалась с людьми без предубеждений, обращая внимание на характер. По голосу собеседника она угадывала, боится ли человек, грустит или полон радости. Она быстро понимала, желает ли ей человек добра.
В этом и заключается сила этой книги: она смещает фокус с внешних критериев, по которым мы часто предвзято судим о людях, на их внутренний мир. Она приглашает задуматься над собственными предубеждениями и осознать, как редко мы встречаем других людей по-настоящему непредвзято.
Прозопагнозия здесь то выходит на первый план, то отступает. В центре внимания – Карлотта: её трудное детство, периоды потери ориентации, необычные дружеские отношения и, наконец, открытие её страсти – живописи. Женщина, которая не узнаёт лиц, пишет сотни автопортретов. Для этого ей не нужно зеркало, только тактильные ощущения и хорошее самоощущение.
Чувствуется, что автор Лоренц Вагнер провёл много часов с Карлоттой, получив глубокое представление о её жизни и образе мыслей. Тем не менее, читателю так до конца и не удаётся приблизиться к Карлотте – возможно, именно потому, что и в реальной жизни лишь немногим людям удалось по-настоящему приблизиться к ней.
Книга хронологически рассказывает о жизни Карлотты – ясно, спокойно и без пафоса. Благодаря личному подходу, она объясняет реальность людей с прозопагнозией гораздо более прямо, чем могла бы научная книга. Неторопливый стиль письма делает её легко читаемой.
