От диагностики до плана лечения: новые научные тесты показывают, что модели искусственного интеллекта превосходят врачей, сообщают исследователи. Но сколько человеческого участия требуется в медицине? Эксперты предупреждают о рисках и «слепых зонах».
«Не могли бы вы, пожалуйста, описать, как долго у вас этот кашель и сопровождают ли его такие симптомы, как лихорадка, одышка или боль в груди?» Звучит как обычный вопрос врача, но в данном случае его задал искусственный интеллект (ИИ). ИИ уже давно умеет распознавать опухоли на рентгеновских снимках. Однако теперь разработки зашли так далеко, что позволяют вести диалог с пациентами.
Исследователи, в частности из Университетской клиники Гейдельберга и Центра цифрового здравоохранения имени Эльзы Крёнер-Фрезениус при Техническом университете Дрездена, а также команда Google, разработали две независимые модели ИИ для ведения пациентов, охватывающие все – от диагностики до рекомендаций по лечению. Обе модели представлены в научном журнале Nature.
Что нового?
Многие разработки ИИ в сфере здравоохранения до сих пор были ограничены узкоспециализированными задачами. Две новые модели – MIRA (Medical Intelligence for Reasoning and Action) от немецких исследователей и AMIE (Articulate Medical Intelligence Explorer) от Google – идут гораздо дальше: они самостоятельно собирают анамнез через чат, назначают диагностические тесты, такие как микробиологические исследования, и составляют планы лечения, включая назначение конкретных лекарств.
При этом учитываются, например, клинические рекомендации, специализированная литература и такие аспекты, как лекарственные взаимодействия. Вместо общих рекомендаций система Google, по сообщениям, предоставляла чрезвычайно подробные и практичные инструкции. В ходе тестов обе модели, по мнению авторов, показали результаты, частично превосходящие человеческих врачей по качеству и точности.
В чем польза?
Команда Google указывает на такие проблемы, как нехватка персонала и отсутствие преемственности в лечении между несколькими визитами. Специалисты из Гейдельберга и Дрездена говорят о «втором пилоте» для врачей, который позволит им уделять больше времени заботе о пациентах.
Учитывая широкий спектр задач в клиническом ведении пациентов, в журнале Nature отмечается: «Если бы агенты ИИ могли взять на себя такие задачи и осуществлять эффективное клиническое мышление, они могли бы поддерживать врачей в рутинных задачах и, возможно, облегчить нехватку врачей в некоторых регионах мира».
Буду ли я скоро разговаривать с доктором ИИ?
Нет. Обе группы исследователей заявляют, что их модели пока не могут быть применены в реальной жизни. Они тестировали свои приложения на ИИ-версиях пациентов, которые, однако, базировались на реальных данных. Эти симуляции, по сообщениям, имеют свои подводные камни. Например, виртуальный пациент отвечает и реагирует совершенно иначе, чем реальный человек, поступающий в клинику с острыми симптомами. Хотя MIRA в целом предлагала адекватное, основанное на доказательствах лечение, рекомендации не были на 100% надежными.
Как оценивают ситуацию эксперты?
«Результаты демонстрируют потенциал агентов ИИ для медицины», – говорит Уве Платцбеккер, медицинский директор Университетской клиники Дрездена. По его словам, дальнейшее развитие связано с вопросом: «Как мы можем безопасно, прозрачно и с пользой для пациентов интегрировать такие инновации в клиническую практику?»
Керстин Денеке из Высшей школы прикладных наук Берна видит текущие препятствия в реальной ситуации с данными в здравоохранении, процедурах получения разрешений, неясной ответственности и репрезентативных исследованиях рисков таких систем. «Для принятия клинических решений требуется больше, чем просто следование рекомендациям», – объясняет эксперт по пациентоориентированному цифровому здравоохранению. Необходимо понимание индивидуальной ситуации пациента.
Роберт Раниш, профессор медицинской этики в Потсдамском университете, видит в исследовании MIRA «захватывающий и методически грамотный вклад». Однако оно исследует производительность агентов ИИ в лабораторных условиях. Здесь, как и во многих исследованиях ИИ, встает главный вопрос: работает ли это в реальной клинической практике? «Именно на этом терпят неудачу многие многообещающие системы ИИ», – объясняет он. Они быстро достигают пределов, когда в игру вступают реальные пациенты и лечащие врачи, неполные данные, различные ИТ-системы.
С точки зрения Райнхарда Буссе, руководителя отдела управления в здравоохранении в Берлинском техническом университете, способность агента ИИ структурированно моделировать клинические процессы, диагностику и терапевтические решения еще не означает, что это приведет к улучшению ухода или сокращению расходов в повседневной практике.
Какую роль играет ИИ в общении с пациентами?
Федеральная врачебная палата подробно рассмотрела вопросы применения ИИ в медицине. В одной из публикаций говорится, что постановка диагнозов, разработка терапии и прогнозов включает не только технические действия, но и эмоции и ценностные установки. «Это основа доверительных отношений между врачами и пациентами». При использовании систем поддержки на базе ИИ необходимо проверять, не отодвигаются ли межличностные и эмоциональные аспекты ненадлежащим образом на второй план, например, когда человеческое общение поддерживается или даже заменяется техническими системами голосовой помощи, такими как чат-боты.
Несмотря на всю экономию времени благодаря ИИ, Ойген Брыш, председатель Немецкого фонда защиты пациентов, также подчеркивает: «Врачебная беседа по-прежнему играет незаменимую роль для пациента». Особенно для пожилых людей это имеет первостепенное значение.
Есть ли другие опасения?
По словам Брыша, в миллиардном проекте электронной медицинской карты до сих пор отсутствует база данных для ИИ. «Фильтрация, сопоставление и анализ объемов данных стали бы прорывом». В то же время он предостерегает от растущей зависимости от внеевропейских компаний: «Недопустимо, чтобы будущее анализа и коммуникации находилось в руках технологических миллиардеров и их политических связей».
