Проза жизни
Какой же хаос творился в тот день в Сиракузах! Вполне ожидаемо для провинции. К тому же, это была совсем другая эпоха. Народу собралось несметное количество: здесь были и патриции, и плебеи, и всякие «тиберии» с «гракхами»…
Неожиданные препятствия на пути к открытию
Неподалеку от входа гостей встречала супруга Архимеда. Приглашала пройти в портик. Гости, конечно, почтительно приветствовали ее поцелуем руки и сразу выкладывали подарки: динарии, кесари и прочее. Лавровые венки складывали горой.
В общем, атмосфера была праздничная.
В приемной ожидал сам хозяин. Спрашивал о погоде и видах на урожай. Предлагал освежиться с дороги. Тотчас появлялись служанки с амфорами.
Но гости наотрез отказывались от угощения – у них была серьезная миссия. Они приехали, чтобы лично разобраться в законе Архимеда, о котором ходило столько разговоров, и, если получится, даже превзойти его. Ведь они были людьми науки.
Итак, как только все собрались, Архимед решительно сбросил свою тунику (или хитон?) на пол – шлеп! – и тут же нырнул в ванну. Но моментально выскочил обратно.
«Черт побери! – воскликнул он. – Снова нет воды!» Извинился перед уважаемыми гостями, объяснив, что водопровод очень старый, построен еще неизвестно когда. В общем, отправили за водопроводчиком.
Хроники сиракузского водопровода
В ту эпоху все было иначе. Прошел час или около того, и мастер появился. Ему тоже предложили угощение служанки с амфорами. Но он, конечно, отказался – ни грамма, ведь на работе. Так что ему помогали советами, кто чем мог – как-никак, вокруг собрались ученые мужи. Починили! Вода хлынула потоком! Правда, у соседей тут же пересохло. Но для тех далеких времен такие мелочи не имели значения в контексте великих научных дел.
Однако, едва Архимед снова приготовился к эксперименту, сбросив одежду, как из крана полилась ржавая жижа. Оказалось, что-то приключилось с источником – то ли в Пенатах, то ли в Апеннинах.
Немедленно вызвали сенатора, ответственного за городское водоснабжение. Он прибыл без промедления на квадриге или триаде. Поздравил всех с «открытием», передал официальные приветствия, выразил крайнюю признательность. И, конечно, обсудил с собравшимися светила науки прогнозы на урожай. С ним охотно беседовали те, кто еще мог. Потому что, как вы помните: служанки, амфоры, «с дороги ни-ни», и все такое. А водопроводчику, между делом, отсыпали сорок плетей. Вот такое было «культурное» общество.
Но Архимед не отвлекался на эти светские беседы. Он упорно гнул свою линию. «Уважаемый сенатор, – обратился он, – будьте любезны распорядиться насчет ванны! Ведь речь идет об историческом открытии, престиже науки и прочей важной чепухе!»
«Как же нельзя? – воскликнул сенатор. – Очень даже можно!»
Схватил он своего подчиненного водопроводчика (там, конечно, снова появились служанки с амфорами, но тому опять «ни-ни»). Прыгнули они в свою квадригу или триаду – только пыль столбом. Успели лишь пару амфор с собой прихватить.
А через полчаса вернулись – и тут вода потекла! Зажурчала, засверкала чистотой!
Наконец-то они дождались.
Из толпы полетели триумфальные венки. Раскупорили новые амфоры. Супруга Архимеда грациозно общалась с гостями. В приемной заиграли арфы (или дифирамбы?). Водопроводчика подняли, встряхнули, усадили. Но к тому моменту он, конечно, уже был совершенно «ни-ни». Ничего не понимал. Потому что, как помним, из кранов вода не текла, разбавлять содержимое амфор было нечем. А в остальном – все прекрасно, полный триумф!
Сам Архимед поклонился, разбежался и – бултых!
А из ванны раздался крик:
– О, боги! Да она же кипяток!
В общем, те немногие, кто еще держался на ногах, вытащили его и привели в чувство. Хорошо хоть, что он сам не участвовал в этих обсуждениях про погоду и «с дорожки ни-ни». Иначе, наверное, будущие поколения остались бы без его закона или, может, без теоремы Пифагора… Хотя теперь это, пожалуй, не так важно. Главное, что там что-то на что-то равно.
А остальных гостей потихоньку развезли по домам.
Вот так исключительно из-за нерадивого водопроводчика ученые мужи не смогли воочию убедиться в открытии Архимеда. Говорят, это резко замедлило развитие науки. И вскоре, опять-таки, по вине того самого мастера водопровода, в Европе наступила мрачная эпоха Средневековья.
Осенило
Если есть Мировая паутина, значит, есть и паук.
Изменяя мир к лучшему, люди становятся только хуже.
Все зависит от точки зрения. И наша Земля для кого-то — Небо.
Восклицательный знак, как истинный джентльмен, кричит молча.
По мотивам текстов Евгения Обухова и Натальи Сидориной.
