Известный лингвист Максим Кронгауз делится своими мыслями о ключевой роли «Словаря русского языка» Сергея Ожегова в XX веке.
9 сентября (по новому стилю 22 сентября) 1900 года в Каменном, Тверской губернии, родился выдающийся лексикограф Сергей Иванович Ожегов, чьё имя неразрывно связано с легендарным «Словарём русского языка», выдержавшим множество переизданий. В честь этой юбилейной даты, мы побеседовали с известным лингвистом, профессором РГГУ и ВШЭ Максимом Кронгаузом. В интервью обсуждалось значение трудов Ожегова, а также вклад других составителей словарей в упорядочивание и сохранение богатства русского языка.
Различия между толковыми словарями
Вопрос: Максим Анисимович, могли бы вы прояснить для наших читателей различия между такими фундаментальными изданиями, как «Словарь живого великорусского языка» Владимира Даля, «Толковый словарь русского языка» Дмитрия Ушакова и, конечно, знаменитый словарь Ожегова?
Ответ: Мы сосредоточимся на толковых словарях, которые разъясняют значения слов. Важно отметить, что существуют и другие виды словарей: этимологические (как словарь Фасмера), орфографические (о правилах написания) и орфоэпические (о нормах произношения и ударения). Среди них толковые словари по праву считаются наиболее значимыми.
В чём же уникальность и значимость словаря Ожегова для XX века? Он стал единственным однотомным толковым словарём советского периода (изначально 1949 года выпуска, содержал 50 тысяч слов и позднее расширялся), который смог вместить столь обширный объём языкового материала. В отличие от многотомных изданий, таких как четырёхтомники Даля и Ушакова (изданный в 1935–1940 годах), или даже 17-томных словарей, ориентированных на специалистов, словарь Ожегова был создан для широкого круга обычных пользователей.
На первый взгляд, не так уж и важно, взять ли один том или целую серию, но работа Ожегова предоставляла быстрый доступ к информации – своего рода «один клик» по меркам того времени. Интересно отметить, что в XXI веке большая часть многотомных словарей перекочевала в цифровой формат, тогда как на бумаге сохранились, за редким исключением, именно однотомные издания. Эти однотомники продолжают жить, в том числе потому, что они являются частью быта и культуры. Можно представить себе, например, англичанина, уютно устроившегося у камина и листающего свой словарь…
Вопрос: Действительно, в этом есть своя особая, почти романтическая атмосфера…
Ответ: Судьба словаря Ожегова поистине удивительна: при жизни автора он выдержал шесть переизданий, а затем «раздвоился». Одна из версий продолжила издаваться как словарь Ожегова-Шведовой, поскольку Наталья Юльевна Шведова, многолетний соавтор Сергея Ивановича, после его кончины внесла столь значительные изменения, что её имя появилось на обложке. Параллельно существовал и «неизменённый» вариант, издававшийся под редакцией профессора Льва Скворцова.
Признание лингвистов в культуре
Вопрос: В России принято широко отмечать юбилеи литераторов, художников и композиторов на государственном уровне. Однако я не припоминаю подобного внимания к лингвистам, за исключением Даля, чьё имя – «казак Луганский» – является особым случаем, и ему даже устанавливают памятники. В основном же лингвисты могут рассчитывать лишь на мемориальные доски, как, например, Виктор Виноградов и Олег Трубачев, известный исследователь этимологии славянских языков.
Ответ: В этом нет ничего удивительного: учёные, как правило, менее известны широкой публике, чем деятели искусства. Тем не менее, такие имена, как Даль, Ожегов и Ушаков, безусловно, вошли не только в историю нашей науки, но и культуры, и их почитают не меньше выдающихся писателей. Стоит ли увековечивать их память в названиях улиц – вопрос сложный (хотя улицы Даля существуют в Нижнем Новгороде, Оренбурге, Луганске, а также, кажется, в Николаеве, Украина). Однако это, безусловно, было бы очень приятно.
Языковые нормы и современность
Вопрос: Сергей Иванович активно сотрудничал с вещательными организациями через Гостелерадио СССР, а также с театрами через Всероссийское театральное общество, выступая в роли научного консультанта. В те времена лингвисты устанавливали строгие языковые нормы, и это давало видимый результат: советское телевидение служило образцом правильной речи и произношения. Сегодня же устная речь, особенно в интернете, практически не регулируется.
Ответ: Мне не совсем нравится слово «контролировать». Лингвисты не диктовали, что именно говорить в студиях. Они создавали словари – не только общелитературные, но и специальные пособия для дикторов, где чётко указывались ударения. В некотором смысле эти словари были даже строже обычных, поскольку предписывали единственный верный вариант произношения, например, только «творОг», исключая «твОрог». Разумеется, у дикторов и телеведущих не было свободы выбора в произношении, но такое «контролирование» носило скорее опосредованный характер.
Вы абсолютно правы. В СССР мнение лингвистов-экспертов имело огромный вес, и за ними всегда оставалось последнее слово в утверждении тех или иных пособий. Это отражало общий подход советского общества к языку, включая строгий отбор дикторов и требование безупречной речи. Сегодня эта система языкового надзора разрушена, и это не всегда негативное явление. В языке появилось больше вариативности, новых возможностей и творческой энергии. Хотя в интернете часто наблюдается не свобода, а скорее языковая вольница, это современные реалии, и их следует воспринимать как данность. Возвращение к прежней советской строгости не представляется возможным и, возможно, не является необходимым.
Вопрос: Однако вы бы хотели, чтобы авторитет лингвистической науки был выше?
Ответ: Безусловно. И сами лингвисты активно работают над этим.
Будущее лексикографии
Вопрос: Если бы сейчас мы продолжили дело Ожегова, что, по вашему мнению, стоило бы предпринять, помимо переиздания его словаря?
Ответ: Было бы крайне полезно разработать новый онлайн-словарь, понимая, что великие лексикографы, включая Ожегова, всегда создавали свои труды для широкой публики. В современном мире обычному человеку гораздо проще найти нужную информацию в интернете, чем доставать с полки и листать бумажный словарь, где к тому же он может ничего и не обнаружить. Следовательно, современным лексикографам необходимо создавать универсальный онлайн-словарь нового поколения, максимально удобный в использовании.
Вопрос: Существуют ли уже подобные онлайн-ресурсы?
Ответ: В основном это оцифрованные версии бумажных словарей. При этом интернет-среда открывает невероятные возможности, не ограничивая составителя в объёме словарных статей.
Современные лексикографы
Вопрос: Мы упомянули имена соратников Ожегова, которые покинули нас относительно недавно (Шведова умерла в 2009 году, Скворцов в 2014-м). Есть ли среди ныне живущих лингвистов те, кто может сравниться с такими великими предшественниками, как Фортунатов, Фасмер, Лопатин, Реформатский, Шанский?
Ответ: Нельзя забывать и о недавно ушедших из жизни учёных, чьи работы в большей степени адресованы исследователям. Это Юрий Дереникович Апресян (2.02.1930 — 12.05.2024), разработавший совершенно новые концепции, и Андрей Анатольевич Зализняк (29.04.1935 — 24.12.2017), создатель знаменитого «Грамматического словаря русского языка». Также стоит упомянуть Анастасию Евгеньеву, под редакцией которой вышел «Малый академический нормативный толковый словарь русского языка» (в 1950–60-х годах, а затем в 1980-х) – поистине образцовый труд, несмотря на то, что имя Анастасии Петровны не всегда на слуху.
Применительно к ныне живущим учёным эпитет «великий» использовать всегда непросто. Однако в Институте русского языка сегодня работают доктора филологических наук, такие как Леонид Крысин, автор уникального «Словаря новых иностранных слов» о недавних заимствованиях, и Игорь Степанович Улуханов. Отдельно стоит отметить сильную петербургскую лексикографическую школу, например, Марину Николаевну Приемышеву из Института лингвистических исследований, которая занимается новыми словами и является соавтором «Словаря русского языка коронавирусной эпохи».
Лишь время покажет, чьи труды выдержат испытание веками, как словарь Даля, или десятилетиями, как словари Ушакова и Ожегова. Сравниться с ними чрезвычайно сложно. Однако сама по себе профессия лексикографа – это колоссальный труд, ещё более сложный и менее заметный, чем у обычного лингвиста, ведь имена составителей словарей часто даже не указываются на обложке, кроме случаев с Ожеговым или Далем, чаще мы видим лишь «под редакцией такого-то».
Качество речи и «засорённость» языка
Вопрос: Возвращаясь к распространённому мнению, что раньше всё было лучше, позволю себе привести пример: в репортажах 1990 года из очереди в первый «Макдоналдс» в Москве можно услышать, как чисто и красиво говорили обычные школьники. Разве сейчас, спустя 35 лет, простые граждане говорят так же безупречно?
Ответ: Я много работаю со студентами. Хотя встречаются и молодые люди, которые порой говорят не слишком складно, даже на первом курсе есть те, кто демонстрирует великолепное владение языком.
Вопрос: Их речь свободна от сленга, новомодных выражений, чрезмерных англицизмов и прочих заимствований?
Ответ: Понятие «засорённость» я бы вовсе исключил. Если носители языка активно используют слова, ещё не внесённые в словари, то это скорее недоработка современных лексикографов, а не вина говорящих. Для того чтобы уменьшить число «несловарных» слов, необходимо собрать и систематизировать всё богатство современного русского языка, включая все слова, независимо от их кодифицированности. Именно такую всеобъемлющую работу проделал Владимир Даль в своё время.
Другие работы Ожегова и история института
Вопрос: Возможно, я слишком сосредоточился на главном словаре Ожегова и упустил из виду другие его важные труды.
Ответ: Сергей Иванович также является автором ряда важных пособий, среди которых вузовский учебник «Лексикология. Лексикография. Культура речи». Кроме того, многие его статьи посвящены теории лексикографии. Он целенаправленно сфокусировался на этом направлении и достиг в нём выдающихся успехов.
Вопрос: Пережила ли научная организация, в стенах которой создавался словарь Ожегова, все исторические и структурные изменения в нашей науке?
Ответ: Это непростой вопрос. Учёные, сотрудничавшие с Ожеговым, часто переезжали из города в город, а институты меняли названия, объединялись и реорганизовывались. Когда Ушаков предложил молодому тогда сотруднику Института языка и письменности народов СССР Ожегову реализовать идею «Малого толкового словаря», это была совсем другая эпоха. Как вы понимаете, ни «народов СССР», ни такого института уже не существует.
