Актер Роман Рязанцев, исполнивший одну из главных ролей в легендарной комедии, поделился уникальными историями о дружбе с Дмитрием Нагиевым, ценных советах Людмилы Гурченко и ярких моментах с Любовью Полищук.
Знаменитая комедия Анатолия Эйрамджана «Моя морячка», вышедшая на экраны 35 лет назад, до сих пор не теряет своей актуальности и любима зрителями. В этом легком и искрометном фильме снялись такие звезды советского и российского кино, как Людмила Гурченко, Татьяна Васильева, Михаил Державин и Любовь Полищук. Одну из центральных ролей — сына героини Людмилы Гурченко — исполнил талантливый актер и композитор Роман Рязанцев, который недавно отметил свой 55-летний юбилей. В эксклюзивном интервью Роман поделился воспоминаниями о своем пути после «Морячки», создании музыки к культовому спектаклю «Кыся» и давней дружбе с Дмитрием Нагиевым и Максимом Авериным.
— Роман, какие воспоминания о съемках фильма «Моя морячка», который и сегодня так любим публикой, самые яркие для вас?
— Секрет успеха «Моей морячки» кроется в удивительной атмосфере, царившей на съемках. Я особенно тепло вспоминаю общение с Роксаной Бабаян и Михаилом Державиным. Роксана Рубеновна, с ее невероятным гостеприимством, сама выбирала свежайшие продукты на рынке и угощала всю съемочную группу домашними блюдами. Было очевидно, что Михаил Державин очень гордился своей супругой, которая была не только превосходной хозяйкой, но и человеком с большой душой. Ту долму, что готовила Роксана, я до сих пор считаю эталоном вкуса! Выражаю ей огромную благодарность за эти незабываемые моменты.
— Удалось ли вам найти общий язык с Людмилой Гурченко, исполнившей роль вашей экранной матери?
— Общение с Людмилой Марковной было очень легким и продуктивным; она щедро делилась профессиональными советами, которые оказались бесценными для моей дальнейшей карьеры. Тогда ее мужем был композитор Константин Купервейс, который во всем поддерживал супругу. Я помню случай, когда мы отправлялись на съемки в горы, а Константин не мог присоединиться из-за других дел. Он очень волновался за Людмилу, поскольку у нее болела нога, и просил нас присмотреть за ней, чтобы она «не прыгала по горам». Их отношения казались образцом душевной близости – они часто уединялись, гуляли по набережной, напоминая молодоженов. Мне было очень неожиданно узнать об их расставании вскоре после завершения съемок.
— Какой осталась в вашей памяти Любовь Полищук?
— Она была просто восхитительной! Представьте себе картину: шесть утра, я только-только просыпаюсь, собираюсь на съемку, и вдруг с террасы, где мы обычно завтракали, раздается оглушительная «Ламбада»! Кто-то включил магнитофон на полную громкость. Я подумал: «Кто этот безумец, который разбудит всех?» Выхожу и вижу загорелую женщину, одетую лишь в купальник и парео, энергично танцующую «Ламбаду»! Я кричу ей: «Выключите немедленно музыку! Люди спят!» Но она, полностью погруженная в танец, не реагирует. Затем, изящно виляя бедрами, она спокойно подходит к магнитофону, нажимает кнопку, и музыка стихает. «Здравствуйте», — невозмутимо приветствует она меня. Я снова возмущенно говорю: «Эй, вы, шесть утра! Вы в своем уме?» В ответ она улыбается, протягивает руку: «Любовь», — представляется, и тут до меня доходит, что это Любовь Григорьевна Полищук! Сильно загорелую, почти без одежды и без макияжа, я ее просто не узнал! Мне стало ужасно стыдно. Думаю, я покраснел так сильно, что румянец просвечивал сквозь загар. Она сказала: «А я думала, что все уже проснулись, решила немного порепетировать. Ну ладно, раз все еще спят, пойду искупаюсь». На завтраке мы оказались за одним столом. Татьяна Васильева просто заливалась смехом, поняв, что я не узнал Любовь. Таня тут же разрешила неловкую ситуацию и представила нас. Любовь Полищук тогда жила в Коктебеле, приезжала оттуда на съемки и иногда заглядывала на пляж, чтобы позагорать с нами. Мы много шутили и веселились. Васильева даже ездила к Полищук на дачу, они были близкими подругами.
— Поддерживаете ли вы общение с Анастасией Немоляевой, которая сыграла экранную возлюбленную вашего персонажа Николая?
— Настя — довольно необычный человек. Она вела себя замкнуто, предпочитая держаться обособленно от всей съемочной группы. При первом знакомстве, оглядев меня с ног до головы, она без особой радости произнесла: «Вот это и есть мой партнер?» Она, очевидно, привыкла к другим коллегам по съемочной площадке, ведь к тому моменту она уже успела сняться в «Интердевочке» с Еленой Яковлевой, а до этого — в «Курьере», где ее отца играл сам Олег Басилашвили! Так что Анастасия считалась настоящей суперзвездой. Пока мы все шумели и веселились на пляже, Настя отодвигала свой шезлонг подальше и спокойно читала книгу. В ресторане, когда мы просили официанта сдвинуть столы, она всегда выбирала отдельный столик.
Как-то раз Людмила Марковна Гурченко постучала ко мне в номер и предложила: «Рома, давай пройдемся по тексту». Я подумал, что стоит позвать и Настю, раз уж сама Гурченко пришла. Настя же посмотрела на меня как на безумца, спокойно заявив: «Зачем тебе это, Рома?! Нам на площадке все объяснят», — и добавила мне вслед: «Сразу видно, ты ничего не смыслишь в кино». В итоге, личные отношения с Немоляевой у нас не сложились. Однако, несмотря на это, нам удалось весьма убедительно сыграть влюбленность, что, видимо, свидетельствует о нашем актерском мастерстве.
— Роман, вы являетесь автором музыки к более чем шестидесяти театральным постановкам, включая легендарную «Кысю», установившую рекорд по числу аншлагов в Санкт-Петербурге. В чем, по вашему мнению, заключается феномен этого спектакля, в котором вы также играли на протяжении пятнадцати лет?
— Начиная работу над «Кысей», мы и представить не могли, что она превратится в один из самых успешных спектаклей в России. Когда режиссер Лев Ильич Рахлин решил ставить «Кысю», он пригласил меня к себе, показал пьесу и предложил написать к ней музыку. Работа над ней шла очень легко, и я довольно быстро с ней справился. Спустя годы мы снова встретились с Рахлиным, и он в недоумении спросил: «Ромочка, какой-то парадокс! Я поставил несколько спектаклей с Нагиевым, но ни один из них не достиг такого успеха, как «Кыся»!» На что я «скромно» ответил: «Лев Ильич, это потому, что там моя музыка — она бессмертна! Если вы хотите, чтобы ваши постановки жили долго, приглашайте меня писать саундтреки». После пятнадцати лет участия в «Кысе» я покинул проект, и вскоре Дмитрий Нагиев обновил почти весь актерский состав, а мою роль унаследовал Кирилл Нагиев.
— Расскажите, как произошло ваше знакомство с Дмитрием Нагиевым?
— Мы познакомились на репетициях спектакля «Милашка» в театре «Балтийский дом», где я тогда служил. Это был аналог знаменитого фильма «Тутси», и роль, которую в кино сыграл Дастин Хоффман, на сцене исполнял Дмитрий Нагиев. Я также был задействован в этой постановке. Однажды Дима предложил мне, актрисе Наташе Шарашкиной, а также ныне покойным Светлане Обидиной и Тихону Оськину (светлая им память, они ушли слишком рано) работу в своем клубе «Парадокс» на Невском проспекте. Дима и Сергей Рост были лицом «Парадокса», а его жена Алиса Шер — хозяйкой заведения. Наша четверка называлась «Веселая семейка», и мы действительно были как одна большая семья. В начале 2000-х годов этот клуб был невероятно популярен не только на Северо-Западе, но и за его пределами; по выходным туда специально приезжали москвичи. Наша карьера стремительно пошла в гору: появились предложения о съемках в кино, приглашения на корпоративы. Началась совершенно иная жизнь. Без сомнения, Дмитрий Нагиев — мой крестный отец в шоу-бизнесе, именно он открыл мне путь в эту сферу. Дима неоднократно помогал мне в различных жизненных ситуациях, и до сих пор мы поддерживаем прекрасные отношения.
— Каков Дмитрий Нагиев в повседневной жизни?
— Дмитрий Нагиев — добрый человек, но не «добренький», что принципиально важно. Он очень интеллигентный и начитанный, с ним всегда интересно общаться. Я ни разу не слышал, чтобы Дима повышал голос; он может разозлиться, но никогда не кричит. Это результат его обучения в театральном институте на Моховой, где мастера не только обучали, но и воспитывали. У Дмитрия невероятное природное чувство юмора и моментальная импровизация. Однажды я даже сделал на него пародию, которая, к моему удивлению, всем понравилась! Я знаю Нагиева с разных сторон, но по своей сути он довольно закрытый человек. И я прекрасно его понимаю — невозможно пускать всех в свой внутренний мир. У него никогда не было «понтов», и его впечатляющие карьерные успехи никак не сказались на его отношении к друзьям.
— Какие черты характера Кирилл Нагиев унаследовал от отца?
— На самом деле, Кирилл совсем не похож на своего отца. Я знаю сына Димы с самого его детства. Однажды, когда мы были на гастролях в Сочи, у меня зазвонил телефон. «Здравствуйте, Роман, вас беспокоят родители Кирилла Нагиева», — услышал я в трубке серьезный мужской голос. Я не сразу понял, кто звонит. «Рома, завтра мы собираемся в аквапарк, но я, к сожалению, не смогу пойти, не могли бы вы сходить с Кириллом?» — попросил Нагиев. Я начал отказываться, ведь аквапарк — это место с повышенным риском. «Дима, пусть этим займутся наши гримеры, они же женщины». — «Рязанцев, я никому не доверю своего ребенка, только тебе», — настоял Дима. Мне пришлось уступить. Сидим мы в аквапарке. Кирилл постоянно подходил ко мне: «Рома, пойдем со мной покатаемся». Я отвечал, что с детства не люблю аттракционы, максимум готов прокатиться с ним на «ватрушке». «Рома, — настаивал он, — а папа сказал, что ты будешь кататься со мной на всех аттракционах». Я пытался объяснить мальчишке: «Я не полезу в эти трубы, экстрим — это не для меня». В итоге, Кирилл Нагиев заставил меня прокатиться на всех аттракционах. Кирилл, спасибо тебе за эти незабываемые впечатления! Адреналина хватило надолго!
— Какие качества вы цените в своих друзьях? С кем еще вы поддерживаете тесную дружбу, помимо Дмитрия Нагиева?
— Настоящие друзья всегда рядом и готовы прийти на помощь, как и я сам. Уже двадцать восемь лет я тесно дружу с Максимом Авериным. Макс очень много работает, и я часто напоминаю ему о необходимости отдыха и заботы о здоровье. Мы стараемся видеться как можно чаще, ведь человеческое общение — это самое ценное. Макс всегда оказывает мне поддержку. Помню, как после завершения одного из моих сложных проектов, о котором он знал, Аверин тут же мне позвонил. «Рома, что ты делаешь в ближайшие десять дней?» — спросил он. «Ничего, у меня две свободные недели», — ответил я. «Отлично, Ромарио, пока!» — весело сказал Аверин и повесил трубку. «Пока»… Я подумал, что это конец разговора. Но вскоре Максим перезвонил: «Завтра в семь утра у тебя самолет в Черногорию, начинай собирать чемодан!» — «Макс, ты сошел с ума?! Какая еще Черногория?» — воскликнул я. «Солнечная, Ромарио. Черногория солнечная! Мы летим отдыхать. До встречи в аэропорту!» — бодро произнес мой друг и снова положил трубку. Зная Максима, я понял, что это не шутка, и отправился собирать вещи. Аверин никогда не забывает своих друзей и всегда проявляет заботу. Отзывчивость — это его главная черта, в этом весь Максим!
