Театр сатиры открыл сезон премьерой по знаменитой пьесе Бомарше, предлагая зрителям новую интерпретацию классического сюжета.
Театр сатиры ознаменовал начало театрального сезона чередой премьер, среди которых особое место занял спектакль «Севильский цирюльник». Это не привычная оперная постановка, а драматическая пьеса Бомарше, представленная с уникальными режиссерскими решениями.
Граф Альмавива (Антон Буглак), Фигаро (Артём Минин). Фото: Мадина Черчесова
Сюжет о графе Альмавиве, Бартоло, Розине и ловком цирюльнике Фигаро широко известен публике. Часто «Севильского цирюльника», первую часть этой истории, ассоциируют с оперой Джоаккино Россини. В то же время, продолжение — «Безумный день, или Женитьба Фигаро» — давно стало одной из самых узнаваемых постановок Театра сатиры, являясь его визитной карточкой с конца 1960-х годов.
Режиссер-постановщик Александр Марин подготовил для спектакля собственный перевод пьесы Бомарше. Особенностью постановки стали многочисленные музыкальные номера, исполняемые актерами вживую, что придает ей дополнительную самобытность.
Постановка изобилует элементами, свидетельствующими о ее глубоком уважении к театральному прошлому. Дата премьеры, 4 сентября, выбрана не случайно: это день рождения Валентина Плучека, одного из основателей Театра сатиры и режиссера легендарного спектакля «Безумный день, или Женитьба Фигаро» 1969 года, в котором блистали Александр Ширвиндт, Андрей Миронов, Нина Корниенко, Татьяна Пельтцер.
«Эта постановка — наше признание в любви золотому поколению артистов Театра сатиры», — делится режиссер. — «Мы помним как тот великолепный спектакль [„Безумный день, или Женитьба Фигаро“], так и трагический уход Андрея Миронова во время одного из его показов. Все эти события сформировали ту особую энергетику, что мы вложили в новую работу».
Примечательно, что в «Севильском цирюльнике» участвуют ученики Александра Ширвиндта: Антон Буглак, Андрей Барило, Мария Козакова, Артём Минин, Михаил Владимиров. Особое внимание привлекает то, как уважение к прошлому мастерски сочетается с современными элементами.
Например, граф Альмавива (Антон Буглак), облаченный в блестящий камзол, рисует граффити «ROSINE» на стене баллончиком с краской. Фигаро (Артём Минин) предстает в образе современного денди — в джинсах, кедах, белой футболке и стильной рубашке с орнаментом, больше напоминающего парикмахера-стилиста, чем классического цирюльника. Образ Бартоло (Андрей Барило) также балансирует между эпохами, сочетая камзол с укороченными брюками и кедами. Дон Базиль (Михаил Владимиров) появляется в сталинском френче и ослепительно блестящих лаковых ботинках. Даже костюм Розины (Мария Козакова), казалось бы, наиболее историчный, приобрел современные черты: пышные юбки украшены актуальными принтами, а в последних сценах героиня появляется в короткой, но объемной юбке со шлейфом, что соответствует современным трендам.
Особый интерес вызывает режиссерское решение финала, которое, как предупреждал Марин, значительно изменено. Хотя «Севильский цирюльник» традиционно считается первой частью истории перед «Женитьбой Фигаро», в новой постановке продолжения, по всей видимости, не будет. Финал спектакля трагичен: цирюльник погибает, что является глубокой отсылкой к печальной истории Андрея Миронова. Именно во время гастролей Театра сатиры в Риге 14 августа 1987 года, исполняя роль Фигаро в «Безумном дне», актер потерял сознание прямо на сцене, не доиграв последнюю сцену. Врачи диагностировали кровоизлияние в мозг и разрыв аневризмы аорты. Несмотря на все усилия медицинских светил, собравшихся тогда в Риге на конференцию, спасти Миронова не удалось.
