82-й Венецианский кинофестиваль ознаменовался мировой премьерой драматического фильма «Кремлевский волшебник» от французского режиссера Оливье Ассаяса. В этой картине, повествующей о восхождении Владимира Путина к власти, ключевую роль исполнил известный британский актер Джуд Лоу. Центральным персонажем стал политический деятель Владислав Сурков, представленный как неназванный помощник президента РФ, ушедший из большой политики в 2020 году. Фильм завершается неожиданным, фантастическим финалом.
Венеция уже не раз принимала фильмы о политических деятелях. Вспомнить можно яркое представление Уго Чавеса, представившего картину о себе, или юмористический взгляд на Сильвио Берлускони, который каждый раз вызывал свист журналистов при упоминании его сына. На показе «Кремлевского волшебника» особый смех зрителей вызвал тот факт, что в числе производителей указана компания «Дисней».
Открытие нынешнего фестиваля состоялось с показом фильма Паоло Соррентино «Грация» об итальянском президенте, а в программе также присутствует лента о ливийском лидере Муаммаре Каддафи. 70-летний Оливье Ассаяс, известный по таким работам, как «Ирма Веп» и «Персональный покупатель», вполне мог бы назвать свой новый фильм «Основано на реальных событиях», хотя и с некоторыми художественными допущениями.
Некоторые исторические фигуры, такие как Борис Ельцин, Борис Березовский, Игорь Сечин и Дмитрий Медведев, сохраняют свои настоящие имена, тогда как другие действуют под вымышленными. Даже хорошо знакомым с российскими реалиями порой непросто разобраться в хитросплетениях событий и персоналий, поскольку многое забывается. Для иностранной аудитории эта задача еще сложнее, но некоторые крылатые фразы, вроде «Я устал, я ухожу» или «Она утонула», остаются узнаваемыми во всем мире.
Борис Ельцин в интерпретации Ассаяса предстает почти карикатурным, но при этом узнаваемым образом экс-президента России. Сцены в сауне с Березовским, пение на эстраде и пьяные выходки – все это нашло отражение на экране. В фильме он едва держит голову, что вынуждает привязывать его к стулу оранжевыми жгутами для записи интервью.
Съемки проходили в основном в Латвии, где удалось найти подходящие локации, сохранившие необходимую историческую фактуру. Москву же воссоздавали с помощью современных технологий, и на экране она порой выглядит как пряничный город с собором Василия Блаженного, напоминающим торт, и древними стенами Кремля.
Сценарий основан на одноименной книге швейцарско-итальянского писателя Джулиано да Эмполи, вышедшей в 2022 году. Интересно, что по другому роману да Эмполи, «Лимонов», в прошлом году на Каннском фестивале был представлен фильм Кирилла Серебренникова. И в «Кремлевском волшебнике» также присутствует яркая сцена с участием Лимонова, к которому в штаб с характерной символикой приходит главный герой Вадим Баранов – альтер-эго Владислава Суркова, известный в узком кругу как Вадя.
Для большей ясности авторы картины называют его «новым Распутиным». Многие реалии приходится разъяснять, так как они не всегда знакомы международной публике. В фильме много диалогов, но они необходимы для детализации сложного исторического контекста.
Фильм представляет собой своего рода исповедь Суркова, который, досрочно уйдя на пенсию, живет в зимней глуши среди старых изданий – неотъемлемого атрибута интеллигентного советского дома. Роль Владислава Суркова блестяще исполнил американский актер Пол Дано, известный по «Фабельманам» и «Молодости», а также по роли Пьера Безухова в британской экранизации «Войны и мира».
К Суркову-Баранову приезжает иностранный корреспондент (Джеффри Райт), которому и предстоит услышать всю историю его жизни, начиная с 90-х. Эти годы, которые и в России давно стали мифом, не всегда соответствуют действительности, предстают в наивной, порой упрощенной интерпретации Ассаяса. Однако съемочная группа явно «старалась», стремясь охватить всю масштабность событий, происходивших в России. Забавными деталями, вызывающими улыбку, являются живописно расставленные банки в горошек или игрушечный Чебурашка в доме.
Еще одна комичная сцена – военные в столовой, которых посещает Путин, хором поют под гармонь русскую песню «Валенки». Некоторые русские слова, такие как «бабушка», «пирожки», «вертушка», остаются без перевода, сохраняя свою самобытность.
Вадим Баранов – неприметный интеллектуал с характерным лицом. Он ставит авангардные спектакли, проявляет творческие способности, успешно строит карьеру на телевидении и мастерски осваивает современные технологии манипуляции общественным мнением, с которыми Оливье Ассаяс хорошо знаком благодаря своему отцу-сценаристу.
С Вадимом Барановым зритель проходит через знаковые места 90-х. В одном из клубов он встречает Ксению, девушку своей мечты, чья любовь осветит всю его последующую жизнь. Ее роль исполнила шведская актриса Алисия Викандер, лауреат «Оскара». Вадим впервые видит Ксению в дерзком шоу, где она оседлала «человека-собаку», напоминающего перформансы Олега Кулика. В образе настоящей русской красавицы, какой ее представляют иностранцы, она носит меховые шапки, вызывая ассоциации с Надей из «Иронии судьбы».
Вскоре Баранов сближается с Борисом Березовским, знакомится с Владимиром Путиным в его кабинете на Лубянке, а затем становится его политтехнологом.
Одна из глав фильма носит название «Владимир Владимирович». Роль будущего и действующего президента России великолепно сыграл британский актер Джуд Лоу. Он мастерски передал пластику, мимику и походку Путина, лишь в некоторых моментах излишне сжимая губы. В сценах инаугурации реальный Путин плавно трансформируется в Джуда Лоу. В исполнении 52-летнего актера Путин предстает мачо, воплощением силы и здоровья.
Ассаяс стремится охватить важнейшие события недавнего прошлого – от Олимпиады в Сочи до событий на Майдане, – представляя ключевые фигуры, уже ставшие историей. Появляется даже образ Евгения Пригожина в молодые годы, выглядящий как настоящий исполин, отличающийся от реального, но с узнаваемыми чертами. Демонического Бориса Березовского сыграл Уилл Кин, известный по «Властелину колец», представляющий его как скрытого, но истинного правителя, манипулирующего Ельциным.
Ближе к финалу Вадим Баранов слышит вопрос о своей совести, на что он разворачивает ладонь и демонстрирует собеседнику: «Ничего нет, руки чистые».
