Об «утверждении на царевность» рассказала недавняя лауреатка киносмотра, художник и режиссер Юлдус Бахтиозина.
В Иванове на Международном кинофестивале «Зеркало. Философия Тарковского» Маргарита Терехова была награждена специальным призом оргкомитета за значительный вклад в кинематограф. Актриса сыграла более чем в 50 фильмах, включая знаменитое «Зеркало» Андрея Тарковского. Объявление о награждении состоялось на церемонии закрытия фестиваля, которую вела директор Государственного музея изобразительных искусств имени Пушкина Ольга Галактионова. Награду передадут семье актрисы, поскольку сама Маргарита Терехова уже давно не нуждается в подтверждении своего статуса – она не «неутвержденная царевна», а истинная королева, если использовать образный язык художницы Юлдус Бахтиозиной. Эти два события – награждение Тереховой и открытие выставки Бахтиозиной в московской галерее Heritage — оказались удивительным образом связаны.
Маргарита Терехова на съемках фильма `Чайка`. Фото: Сергей Иванов
Юлдус Бахтиозина, художник и режиссер из Санкт-Петербурга, разносторонне талантлива: она вышивает, создает украшения, работает с редкими техниками, а недавно занялась керамикой. Ее искусство переносит сказочные мотивы в современные реалии, наполненные отголосками советской и постсоветской эпох.
Например, героиня ее дебютного фильма «Дочь рыбака», который она лично представляла на «Зеркале» в онлайн-формате во время пандемии, а затем на Берлинале, торгует рыбой разных народов и проходит испытание «на царевность». Настоящая царевна, по замыслу художницы, должна не только красиво жить, но и достойно уходить, сохраняя значимость даже в обыденном мире. Многие девушки мечтают о «царевности», но это дано не всем. Маргарита Терехова, кажется, родилась с этим даром и подтвердила свой королевский сан всей своей жизнью.
Образ царевны является центральным в творчестве Юлдус. Своих героинь она называет «неутвержденными царевнами», подчеркивая состояние ожидания признания, которое знакомо как художнику, так и любой личности, стремящейся к новой роли или статусу. Эти царевны осмеливаются нарушать условности и подниматься над повседневностью, подобно тому, как Терехова «воспарила» в фильмах Тарковского.
Юлдус Бахтиозина и ее царевны. Фото: Светлана Хохрякова
В одном из залов выставки представлена работа «Охота на волков», где головы красавиц в кокошниках скользят по водной глади, ожидая волшебной стрелы, которая выберет счастливую избранницу. Есть и образ Несмеяны, не похожей на версию Васнецова, скорее напоминающей работы Врубеля.
Некоторые работы представляют собой самоироничные автопортреты Юлдус, например, «Маша и медведь» — переосмысление сказки о выросшей Маше. Художница говорит: «Я увлекалась Юнгом, архетипами, работой с бессознательным. Мы все так или иначе подсоединены к коллективному бессознательному. Если ему открыться, то какие-то образы придут из нашей генетической памяти».
Работа под названием «Все хотят лебедем» показывает двух лебедей из «Дочери рыбака», меряющихся силой за столом, а рядом — две Царевны Лебеди, как отражение в Зазеркалье. Подпись гласит: «Труднее проиграть в игре, в которой сам устанавливаешь правила». Юлдус предпочитает снимать на пленку без обработки и использовать естественный свет.
На одной из фоторабот изображена курящая взрослая царевна — это мама Юлдус. Ее плечи касаются руки бывшей свекрови, тоже художницы. «Вся семья задействована в моем творчестве, — объясняет Юлдус. — Мама в свое время много курила. Она как Горыныч, который дымит. Я проводила исследования на тему русского фольклора и обнаружила в некоторых источниках, что Горыныч был женского пола. В этой работе спрятано много того, что трансформировалось со временем». Рядом висит фотопортрет бывшей свекрови, перед которой рассыпаны золотые орешки. «Золото раньше воспринималось как нечто, пришедшее из мира мертвых. В сказке «Курочка Ряба» дедушка с бабушкой видят золотое яичко и воспринимают его как символ смерти, боятся к нему прикоснуться. Эта работа объединила несколько образов — Кощея Бессмертного, Бабы Яги, Курочки Рябы, которая снесла золотое яичко. Мы привыкли их видеть как проводников в Тридесятое царство, мир мертвых, поэтому они все в злате. Эта работа выставлялась в Третьяковке на выставке «Русская сказка».
Девушка с ушами и сажение по бели. Фото: Светлана Хохрякова
«Во все уши» — образ царевны, которая поглощает поток информации. Юлдус считает, что для восприятия всей лжи, которую нам «навешивают на уши», нужно много ушей. У героини этого фотопортрета они есть не только на положенном месте, но и на щеках, и подбородке. Рот ее зашит или, кажется, состоит из ярко окрашенных ногтей. Похожий образ появляется в видеоинсталляции, где барышня сама «развешивает лапшу» на свои уши.
В этом году Юлдус обратилась к керамике. В ее керамическом «бутерброде» под названием «Сказку подают холодной» Царевна-лягушка тянется за стрелой, будучи припечатана куском хлеба, а сверху восседает Царевна Лебедь.
«Я из Санкт-Петербурга и посвящаю свои работы знаменитой кобальтовой сетке, узору, который родился в годы блокады и олицетворял решетку, охватившую город кольцом. Мой дедушка работал главным инженером на теплоэлектростанции, остался в городе и умер во время блокады. Эта работа посвящается ему и всем сильным духом. Это оммаж Императорскому фарфоровому заводу», — рассказывает Юлдус.
Есть и посвящение отцу — фоторабота «Только три желания китайской прописью» с изображением красавицы-рыбы. На ней запечатлены мормышки, которые отец делал, будучи страстным рыбаком. «Многие мужчины, которые рыбачат, называют эту рыбку золотой. Потому что такие снасти стоят очень дорого, — говорит художница. — Я тоже всегда что-то делала руками. Вышиваю, занимаюсь живописью, экспериментирую со скульптурой. В своих работах использую серебряные пайетки, канитель — пружинистую, металлизированную нить для вышивания. Есть выражение «тянуть канитель». Использую драгоценные камни, много жемчуга, перламутр, хлопок, парчу, шелк. Я занимаюсь техникой сажения по бели и церковной вышивкой. Я училась в школе церковной вышивки. Эта выставка для меня — возможность выхода в мультимедийность. Хочется верить, что все эти работы в разных техниках выглядят как произведения одного автора».
Кокошник. Фото: Светлана Хохрякова
Украшения на Юлдус, сделанные ею самой из посеребренной меди и жемчуга, относятся к коллекции с интригующим названием «Мои травмы — мои скакуны», сочетающей фольклор с панк-роком. Это продолжение фильма «Начало травмы». Юлдус подчеркивает, что травму невозможно полностью проработать, но можно научиться с ней жить и быть благодарным за полученный опыт.
«Сценарий фильма написан четыре года назад. Вы спросили, где же мои новые фильмы? Я сняла несколько короткометражек. Один фильм создан при помощи ИИ и скоро будет представлен на фестивалях, в том числе и в России», — говорит Юлдус.
