Обращение к античным мифам для осмысления вызовов на рынке энергоресурсов
Недавний XXVIII Петербургский международный экономический форум (ПМЭФ), прошедший в Санкт-Петербурге, запомнился, в частности, докладом руководителя «Роснефти» Игоря Сечина. Его выступление на энергетической сессии под названием «Одиссея мировой экономики в поисках золотого руна. Новый облик мировой энергетики» вызвало широкий интерес. Основной тезис доклада — неизбежность глубоких изменений в мировой энергетике. Мы обратились к экспертам, чтобы понять, почему глава одной из крупнейших российских компаний использовал образы античных эпосов для критики современных политиков на энергетическом рынке и как он видит перспективы развития отрасли.
ПМЭФ давно вышел за рамки площадки для деловых встреч и подписания договоров, став местом осмысления глобальных тенденций. Форум позволяет участникам и экспертам анализировать текущую ситуацию, обсуждать сценарии будущего и определять ключевые векторы развития экономики и международных отношений. Доклад Игоря Сечина на энергетической сессии стал наглядным подтверждением этой роли. Он показал, что для понимания будущего мировой энергетики стоит обратиться не к фантастике, а к мудрости древних мифов, чьи символы и скрытые значения помогают увидеть направление движения отрасли.
Циклопы мировой экономики
В чем сходство древних мифов и современности? Валерий Андрианов, доцент Финансового университета, полагает, что это прежде всего «множество скрытых и явных опасностей, с которыми сталкивались античные мореходы и с которыми ныне имеет дело мировая экономика и глобальный ТЭК». Он проводит параллель: «Как Одиссей попал в плен к кровожадному Циклопу, так мировая экономика оказалась в заложниках у необеспеченного ничем доллара и растущего долга США». Сечин напомнил в докладе о финансовом кризисе 2008 года, когда мировую финансовую систему пришлось спасать, «напечатав» $35 трлн. По словам главы «Роснефти», такая политика привела к тому, что «значительная часть мира подсела на «долговую иглу»», а суммарный долг развитых стран (включая негосударственный сектор) достиг «запредельных» 300% ВВП. Андрианов считает, что сейчас ведущие экономики мира находятся «между Сциллой растущего госдолга и Харибдой новых торговых барьеров», и сложно сказать, что опаснее.
Сечин привел исторические примеры краха великих держав из-за непомерного государственного долга: Испания Габсбургов в XVII веке, Франция в XVIII веке, Османская и Британская империи в XX веке. По его мнению, именно долговые проблемы стали одной из причин Великой французской революции, которая привела к казни короля Людовика XVI.
Сладкозвучные сирены «зеленой энергетики»
Однако растущий госдолг – не единственный вызов. Еще одна угроза для глобальной энергетики, сравнимая с манящей песней сирен, по мнению Андрианова, заставляет «тех, кто управляет мировым ТЭК, потерять правильный курс». Это может привести к тому, что «корабль энергетической отрасли разобьется о скалы острого дефицита энергии».
Дмитрий Гусев, зампред правления ассоциации «Надежный партнер», предлагает иную интерпретацию. Он видит в современных западных странах образ Одиссея – героя, который долго скитался, пытаясь вернуться домой, к традиционным энергоресурсам. Подобно этому, «недружественные страны ищут альтернативу ископаемому топливу в ветре, солнце и водороде, после того как некоторые политики безоговорочно объявили его «грязным» и неприемлемым».
Гусев отмечает, что «в мифе Одиссей в итоге вернулся к Пенелопе, что можно истолковать как возврат к ископаемой энергии, несмотря на все трудности». Он подчеркивает, что «спрос на традиционные энергоносители остается высоким», сравнивая это с тем, что «у Пенелопы не было недостатка в поклонниках, пока Одиссей отсутствовал».
Возвышение Поднебесной
Доклад Сечина подчеркивает необходимость трезвого взгляда и критического анализа. Поиск новых источников энергии актуален, и большие надежды связаны с водородом. Однако, как отметил Сечин, низкоуглеродный водород пока составляет менее 1% мирового производства. По оценкам Deloitte, переход на «зеленый» водород может потребовать около $10 трлн к 2050 году, что является колоссальными инвестициями с неочевидной быстрой окупаемостью.
По мнению Гусева, призывы к отказу от ископаемого топлива, составляющего 80% текущего энергопотребления, служат интересам ограниченного круга стран. Он считает, что «западная цивилизация, которая сама развивалась на основе угля, нефти и газа, теперь пытается ограничить рост стран Азии, Африки и Латинской Америки, навязывая им через политику «устойчивого развития» по сути запрет на использование традиционных ресурсов». Гусев задается вопросом о стоимости энергии солнца и ветра по сравнению с традиционной, несмотря на возможности ее получения с текущим технологическим уровнем.
Традиционная энергетика фундаментально превосходит возобновляемую по плотности энергетического потока. Этот факт подтвержден работами академика Петра Капицы и других нобелевских лауреатов.
Однако, по словам Сечина, это не означает, что энергетика должна оставаться неизменной. Существуют значительные возможности для интеграции новых технологий. Будущее рынка – в комбинации традиционных и альтернативных источников. Сечин привел пример Китая, который активно инвестирует в энергетику (треть мировых инвестиций) и успешно сочетает разные подходы. КНР движется к полной энергонезависимости и даже может стать крупным экспортером энергии. Валерий Андрианов подтверждает: «Китай умело комбинирует традиционные и новые источники». Угольная генерация по-прежнему занимает около 60% в КНР, при этом продолжается строительство новых угольных ТЭС. Параллельно быстро развивается атомная энергетика (мощность выросла в 5 раз за 10 лет, планируется еще 32 реактора) и ВИЭ. Китай лидирует в мире по вводу мощностей солнечной и ветровой энергетики и производит 70% оборудования для «зеленой» экономики.
Цифровизация и энергетика
Алексей Мухин, гендиректор Центра политической информации, поддержал тезис Сечина о том, что корни текущего кризиса Запада лежат в его колониальном прошлом XVIII-XIX веков. По мнению Мухина, западные страны до сих пор не могут или не хотят избавиться от этого «наследия» и своих представлений о распределении ресурсов. Между тем, технологический прогресс идет полным ходом. «Цифровая экономика, как будущее, требует огромных объемов энергии, притом быстро», — констатирует Мухин. «Цифровая революция меняет и нефтегазовую отрасль, влияя на все этапы: разведку, добычу, переработку, а также на хранение данных и кибербезопасность».
По оценкам экспертов, рынок технологий ИИ в нефтегазе вырастет на 83% к 2030 году, причем уже сейчас почти половина приходится на переработку, а сегмент разведки и добычи будет расти примерно на 14% ежегодно. Такой рост технологий требует увеличения энергопотребления. Мухин отмечает, что для удовлетворения спроса нужно не только искать новые источники (водород, космическая солнечная энергия, новые аккумуляторы), но и повышать эффективность традиционных, особенно атомной энергетики, которая сейчас переживает возрождение.
Основой для развития энергетического рынка должны стать рациональность, научный подход, энергоэффективность, ресурсосбережение и принципы циркулярной экономики. Завершая доклад, Игорь Сечин отметил: «Несмотря на то, что представления об открытой мировой экономике, незыблемых правах собственности и равных гарантиях оказались иллюзорными, и несмотря на беспрецедентное внешнее давление, мы помним слова, сказанные в июне 1941 года, ставшие символом стойкости народа: «Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами!»».
Дмитрий Гусев считает, что Россия уже определила принципы своего развития и использования энергии. Задача – воплотить их на практике. Он подчеркивает, что «иностранные наставники здесь не помогут, а скорее навредят, желая нашей гибели». Гусев также напоминает, что «золотое руно, добытое аргонавтами, в итоге не принесло процветания древнегреческой цивилизации». История, по его словам, показывает не только верный путь, но и то, чего следует избегать.
